Проблема бездокументарных ценных бумаг

Термин «бездокументарные ценные бумаги» (т.е. «бездокументарные документы») также пришел к нам из американского права. Понятием «uncertificated security» в п. «b» ст. 8-102 ЕТК США охвачены «пай, участие или другой интерес в имуществе или предприятии эмитента, которые не представлены каким-либо документом и передача которых регистрируется в книгах, которые ведутся в этих целях эмитентом или по его поручению».

Законодательство ряда развитых стран с начала 80-х гг. предусматривает возможность выпуска фондовых ценных бумаг без оформления бумажных носителей. Пионером «дематериализации» этих видов ценных бумаг в европейском праве стала Франция, законодательство которой (ст. 94-II Закона о ценных бумагах в редакции от 30 ноября 1981 г., вступившая в силу с 3 ноября 1984 г.) прямо закрепило такую возможность применительно к акциям и облигациям. Наиболее широко «оборотные недокументы» (negotiable non-instruments) используются в США (в Великобритании к ним относятся более осторожно).

В Германии § 9а Закона о хранении и приобретении ценных бумаг (в редакции от 11 января 1995 г.) разрешил выпуск глобальных сертификатов взамен эмиссии множества ценных бумаг одного вида, например облигаций федерального займа. Возможность выпуска акций в бездокументарной форме предусматривает и абз. 5 § 10 Закона об акционерных обществах ФРГ (в редакции 1994 г.). Однако в обоих случаях глобальный сертификат рассматривается как обычная ценная бумага (вещь), находящаяся в долевой собственности владельцев выпущенных акций или облигаций, причем любой из них вправе потребовать выдачи ему соответствующего количества отдельных (конкретных) ценных бумаг (хотя на практике такая возможность почти не используется). Данное обстоятельство делает возможным применение к таким объектам правового режима движимых вещей (прежде всего в отношении порядка их передачи и защиты добросовестных приобретателей).

Российское акционерное законодательство, в основном под влиянием американского права, также разрешило бездокументарную эмиссию акций. Акционерные общества получили возможность не прибегать к обычной эмиссии, требующей, помимо прочего, расходов по подготовке специальных бланков акций, а ограничиться записями в реестровых книгах. К безналичной форме выпуска ценных бумаг стало прибегать и государство (эмитировавшее, например, таким образом ГКО — государственные краткосрочные бескупонные облигации). Закон о рынке ценных бумаг разрешает выпускать в бездокументарной форме любые эмиссионные ценные бумаги. Кроме того, в такой же форме выпускаются инвестиционные паи, которые Закон не считает эмиссионными ценными бумагами.

При этом правовой режим таких бумаг, не существующих в физически осязаемой форме, у нас по-прежнему нередко определяется с помощью традиционных категорий, рассчитанных на ценную бумагу как документ (вещь). Так, ст. 29 Закона о рынке ценных бумаг прямо говорит о праве собственности на такие объекты и о переходе прав на эти бумаги как на вещи. В действительности же речь идет о том, что удостоверяемые традиционными ценными бумагами права при исчезновении (отпадении) права на бумагу по причине отсутствия самой бумаги получают вполне самостоятельное значение. Разумеется, они остаются правами требования, а не принимают на себя свойства вещей. Меняется лишь привычный способ фиксации этих прав (в документе, на бумаге), что ведет к отпадению надобности в установлении для них специального правового режима, во всяком случае рассчитанного на наличие документов (вещей), как в классическом учении о ценных бумагах. Поэтому п. 1 ст. 149 ГК прямо называет бездокументарные ценные бумаги особым способом фиксации прав.

Конечно, этот новый способ ставит и новые задачи по охране интересов управомоченных лиц, в том числе при их изменении в силу передачи (уступки) таких прав, обычно оформляемой теперь в виде трансферта. В связи с этим закон требует доказательств закрепления или передачи соответствующих прав в специальном реестре (обычном или компьютерном), в частности с помощью выдачи свидетельствующего об этом документа, а также ведения этих записей профессионалами, имеющими специальную лицензию (п. 2 ст. 142, ст. 149 ГК).

К такого рода действиям могут применяться и некоторые правила о ценных бумагах (если иное не вытекает из их существа, например из технических особенностей фиксации права). Ведь они касаются не только прав на бумагу, но и прав из бумаги. Однако названные способы фиксации прав не могут приравниваться к ценным бумагам, ибо понятие «бездокументарная ценная бумага» является условным. Как невозможно создать бездокументарный документ, так нельзя быть и собственником права, ибо в европейском континентальном правопорядке нельзя установить вещное право на право требования. Различие юридического режима этих прав объясняет и различия в статусе собственника (субъекта вещного права) и кредитора (управомоченного лица), а также в режиме вещи (ценной бумаги) и права требования.

Необходимо, кроме того, подчеркнуть, что замена бумажных носителей, ведущая к исчезновению классических ценных бумаг, свойственна лишь правам, удостоверяемым фондовыми (эмиссионными) ценными бумагами, и лишь постольку, поскольку они носят именной, а не предъявительский характер. Закон и здравый смысл исключают возможность создания предъявительских бездокументарных ценных бумаг, а выпуск в бездокументарной форме ордерных бумаг хотя и не исключается законом (п. 1 ст. 149 ГК), тем не менее едва ли может получить широкое распространение. Не случайно такой возможности не предусматривает даже российский Закон о рынке ценных бумаг. По этой причине, например, потерпели неудачу попытки Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг РФ (в настоящее время — Федеральная служба по финансовым рынкам) создать бездокументарный вексель, ибо векселя по всей природе не могут быть эмиссионными ценными бумагами. Таким образом, появление бездокументарных ценных бумаг отнюдь не ведет к отмиранию самой этой классической категории объектов гражданских прав.

Предложения интернет-магазинов