Понтий Пилат и Иешуа и их жизненные цели

Роман М. Булгакова «Мастер и Маргарита» по- свящён борьбе добра и зла. Автор в одной книге опи­сывает события 20-х годов прошлого века и события библейских времён. Действия, происходящие в разное время, объединены одной идеей — поисками истины и борьбой за неё.

Перенесёмся в далёкий Ершалаим, во дворец про­куратора Иудеи Понтия Пилата. «В белом плаще с кровавым подбоем» появляется он перед человеком, у которого «руки связаны за спиной, под левым гла­зом синяк, в углу рта — ссадина с запёкшейся кро­вью». Человек этот — звали его Иешуа — обвиняется в подстрекательстве к разрушению ершалаимского храма. Арестант хотел было оправдаться: «Добрый че­ловек! Поверь мне…» Но его «научили» соблюдать этикет: «Крысобой вынул бич и ударил арестованно­го по плечам… связанный мгновенно рухнул наземь, как будто ему подрубили ноги, захлебнулся воздухом, краска сбежала с его лица, и глаза обессмыслились».

Трудно не согласиться с тем определением, какое дал себе прокуратор: «свирепое чудовище». Понтий Пилат живёт по своим законам: он знает, что мир раз­делён на властвующих и подчиняющихся им, что фор­мула «раб подчиняется господину» незыблема, значит, он господин всех и вся. И вдруг появляется человек, который думает иначе! «…Рухнет храм старой веры, и создастся новый храм истины». Более того, этот «бро­дяга» смеет предлагать: «Мне пришли в голову кое-ка­кие новые мысли, и я охотно поделился бы ими с то­бой, тем более, что ты производишь впечатление очень умного человека». Он не боится возражать прокурато­ру и делает это столь искусно, что Понтий Пилат при­ходит на некоторое время в замешательство. У Иешуа своя жизненная философия: «…злых людей нет на свете, есть люди несчастливые». Арестант показался Пилату интересен. В его невиновности прокуратор убе­дился сразу. Конечно, он чудаковат и наивен, его речи несколько крамольны, но зато «бродяга» обладает чу­десным свойством снимать головную боль, которая так мучает прокуратора! И у Понтия Пилата уже сложил­ся план действий: он объявит Иешуа сумасшедшим и вышлет его на остров в Средиземное море, туда, где на­ходится его (Пилата) резиденция.

Но это оказалось невозможным. Иуда из Кириафа представил такие сведения о «безумце», что намест­ник кесаря не имеет права не казнить его. Прокуратор хотел и даже пытался спасти новоявленного «проро­ка», но тот решительно не хотел отказываться от сво­ей «истины». «В числе прочего я говорил, что всякая власть является насилием над людьми и что настанет время, когда не будет власти ни кесарей, ни какой-ли- бо иной власти. Человек перейдёт в царство истины и справедливости, где вообще не будет надобна никакая власть».

Всесильный прокуратор во власти страха теряет остатки гордого достоинства: «Ты полагаешь, несчаст­ный, что римский прокуратор отпустит человека, го­ворившего то, что говорил ты? Или ты думаешь, что я готов занять твоё место? Я твоих мыслей не разде­ляю!» Обнаруживается постыдное малодушие умного и почти всесильного правителя: из-за боязни доноса, боязни погубить собственную карьеру Пилат идёт про­тив своих убеждений, голоса разума, человечности и совести. И Понтий Пилат кричит так, чтобы слышали все: «Преступник! Преступник! Преступник!». Иешуа казнён. Почему же мучается прокуратор? Почему ему снится сон, будто он не послал на казнь бродячего фи­лософа и целителя, будто они идут вместе по лунной дорожке и мирно беседуют, и он, «жестокий прокура­тор Иудеи, от радости плакал и смеялся во сне»? Мо­гущество Понтия Пилата оказалось мнимым. Он трус, верный пёс кесаря. Совесть мучает его. Ему никогда не будет покоя — он понимает, что прав Иешуа. В еван­гельской легенде заложены вечные истины, которые, будучи забытыми, непременно напомнят о себе нрав­ственной деградацией общества. Нередко оказывается, что цель, которую ставит перед собой человек, служит лишь прикрытием низменных планов. Однако есть люди, для которых средства достижения высокой цели неотделимы от требований морали.

Предложения интернет-магазинов