Критический рационализм

Критическое отношение к основных положений неопозитивизма возникает еще в 30-е годы, когда К. Поппер выдвигает свою концепцию научной деятельности как деятельности, прежде всего, критической. Он исходит из того факта, что научная теория не может быть сведена к эмпирических данных, однако из этого правильного положения делает чрезмерный, крайний вывод о том, что такой зависимости нет вообще. Научные гипотезы, за Поппером, творятся мыслителями свободно, и после этого они пытаются уничтожить друг друга в взаимной критике, как на дуэли. Постоянные бои между гипотезами, кризис, перманентная революция — это и есть нормальное состояние науки. Научная теория должна запрещать (это требование было принято и поздним неопозитивизмом), а деятельность ученых над изобретением запретов не является рациональной, она интуитивная, спонтанная. Только опровержения научных гипотез, а не их создание характеризуется рациональностью. Наука, за Поппером, стоит на болоте, а сваи ее уходят в трясину, не находя нигде твердой опоры. Научное знание у него движется по схеме: от первой начальной проблемы к временной теории (гипотезы) и через ликвидацию (уничтожение) ошибок в ней — к новой проблеме. Научные идеи (гипотезы и теории) образуют в третий мир Поппера, который отличается от физического и психического миров, который развивается по своим внутренним законам и логикой. Именно внутренние факторы определяют развитие науки (эта концепция получила название інтерналізму) так же, как внутривидовая борьба и естественный отбор, согласно теории Ч. Дарвина, определяют эволюцию видов животных организмов.

Учение И. Лакатос, сотрудника и ученика К. Поппера, можно охарактеризовать как промежуточное между критицизмом и исторической школой. В своей книге «Доказательства и опровержения» Лакатос показал недостаточность формально-логического анализа науки, Он разделяет опровержение на локальные, которые опровергают одно из следствий теории, и глобальные, что опровергают ее основную идею. Лакатос отвергает не только верифікаціонізм, но и фальсифікаціонізм, считает, что научные теории не только нельзя доказать, но и нельзя опровергнуть.

Позже Лакатос разрабатывает концепцию исследовательских программ как методологической основы научного развития. Его исследовательская программа включает три основных элемента:

♦ ядро — положения, принятые за выходные, они не подлежат проверке;

♦ защитный пояс — совокупность вспомогательных предположений, которые могут проверяться и уточняться;

♦ методологические правила — негативная эвристика, система запрета, что помогает спасать ядро от разрушения.

Целью научной концепции исследовательских программ становится не познание действительности, а защита твердого ядра. Развитие науки предстает не как серия бесконечных дуэлей в духе мушкетерських натур, а как последовательность положительных и отрицательных сдвигов в защитном поясе исследовательской программы. Разделение научной теории на «твердую» часть — ядро — и «мягкую», переменную часть — защитный пояс — позволяет Лакатосу преодолеть полную зависимость научной теории от эмпирических данных, не обращаясь к другой крайности — абсолютизации их независимости. На этом пути Лакатосу удается избежать абстрактного противоречия крайнего інтерналізму (абсолютизации внутренних факторов развития науки) и екстерналізму (абсолютизации внешних факторов развития науки).

Концепция Лакатоса — это ощутимый шаг вперед по сравнению с эволюционным подходом К. Поппера. Однако и она не дает ответа на вопрос о причинах смены исследовательских программ, не решается и проблема возникновения нового знания. В «мягкую» часть исследовательской программы Лакатос (в противовес неопозитивістам, которые вообще игнорировали метафизические утверждения) включает в себя всю культуру, не делая исключений для теологии, астрологии, алхимии и черной магии.

Историческая школа

Представители исторической школы (А. Койре, Н. Поляне, С. Тулмин, Н. Хенсон, Т. Агасси) так же, как и представители критического рационализма, негативно относились к неопозитивизма, но они критиковали неопозитивизм не «изнутри», а снаружи» по его узость. Представители исторической школы развивают, главным образом, екстерналістську концепцию развития науки, в которой считаются предпочтительными ненаучные факторы, определяющие ее развитие. Как один из главных факторов, екстерналісти выделяют социальный — научное общество — научную школу, которая имеет свою стандартную концепцию — парадигму, основой которой являются принятые методы и образцы решения исследовательских задач.

Американский методолог С. Тулмин сосредоточивает внимание на динамической стороне науки, модификации содержания ее понятий. Он считает необходимым сочетание логики и истории науки и показывает историческую изменчивость стандартов рациональности и научности, которые принимаются научным обществом. Предлагает рассматривать научную теорию как «концептуальную популяцию», в которой члены популяции относительно автономные, смена их приводит до полной перестройки теории. Популяция понятий эволюционирует как и биологическая популяция, для анализа этой эволюции необходимо учета внутренних факторов (логики) и внешних — среды обитания (социокультурного контекста). Таким образом, Тулмин пытается преодолеть противоположность екстерналізму и інтерналізму.

Т. Кун, автор известной книги «Структура научных революций», основное внимание направляет на динамические аспекты науки и пытается учесть влияние социокультурного контекста». Он представляет развитие науки как чередование эволюционных («нормальная наука») и революционных периодов, в течение которых происходит смена общественных стандартов мышления — парадигм. В нормальном периоде происходит только применение известных методов для решения таких задач в новых областях. «Ученые приводят порядок в своем хозяйстве фактов, вдавливая природу в коробку». Когда же это становится невозможным, происходит смена парадигм.

Позже Т. Кун дифференцирует понятия парадигмы и выделяет из него следующее:

♦ дисциплинарную матрицу — законы и обобщения, которые делятся научным обществом;

♦ категориальную модель — систему ценностей, принятых обществом, что составляет «метафизическую» часть парадигм;

♦ образцы — примеры решения конкретных проблем.

Главным в концепции Т. Куна становится анализ деятельности научного общества, групповой структуры науки, что является ценным и дает возможность избежать крайностей и інтерналізму екстерналізму. Но здесь Т. Кун впадает в другую крайность — социологическую: пытается подменить методологию науки социологии, считает невозможным выработку методологических правил и бесподобными, несоизмеримыми различные научные теории, отражающие один объект, несмотря на то, что понятия этих теорий имеют разный смысл и являются «несоизмеримыми, неспільномірними».

Развитие этих тенденций в работах других постпозитивістів приводит П. Фейерабенда к концепции методологического анархизма.

Фейерабенд справедливо выступает против крайнего эмпиризма, свойственного всему позитивизма. С целью нейтрализации догматического влияния эмпиризма он предлагает принцип «теоретического плюрализма», по которому множественность теорий одного объекта является нормой для науки, ибо «чистых», теоретически не нагруженных фактов вообще не существует, поэтому они не могут быть критерием в выборе теории. Больше того, именно теория решает, что нужно считать фактом, а что нет.

Такой подход приводит к своего рода методологического паралича с единственной рекомендацией: действуй, как тебе заблагорассудится. Всякая, даже самая абсурдная идея, считает Фейерабенд, увеличивает знания.

В целом в рамках постпозитивізму получено много интересных результатов. Это направление за своим влиянием только в последнее время стал несколько уступать герменевтике.

В работах постпозитивістів показана необоснованность стандартной концепции науки логического позитивизма:

♦ не существует чистых научных фактов (они всегда теоретически нагружены);

♦ не возможен исчерпывающий логический анализ научного познания;

♦ развитие науки идет путем чередование эволюционных и революционных этапов.

Предложения интернет-магазинов