Природа и общество

Общество как философское и научное понятие — явление довольно позднего периода. Философско-теоретический анализ общества предполагает введение ряда категорий, играющих важную роль в познании социальных процессов. К сожалению, в исследованиях общества не используются точные технические приборы. При анализе социума их заменяет сила абстракции. Воспроизводя с помощью абстракции идеологизированную модель общества, философы опираются на метод восхождения от абстрактного к конкретному, где идет движение от общих понятий к более конкретным.
Характерная особенность научно-теоретического анализа заключается в том, что основой исследований является определенная идеализированная модель. В основе формирования идеальной модели общества есть некоторые исходные принципы. Реальное общество и его модель не являются тождественными. Дело в том, что идеализированная модель общества не полностью совпадает с реальной историей и реальным обществом. Теоретический анализ общества предполагает рассмотрение его как целостного организма. Общество понимается как продукт целенаправленной умственно организованной деятельности больших общностей людей, объединенных не на основе общности, а на основе общих интересов и соглашений. Общество является структурное или генетический тип (род, вид, семья) общения, одновременно является и исторической целостностью и также относительно самостоятельный элемент большей целостности.

Одной из компромиссных форм нейтрализации общественной природы человека в философии XX века. стало понятие культуры. Понятие культура откровенно и настойчиво вошло в западноевропейское мышление концепции Освальда Шпенглера о современное положение в сфере культуры. В своей известной работе «Закат Европы» Освальд Шпенглер писал: «вместо безрадостной картины линеарной всемирной истории, поддерживать которую можно лишь закрывая глаза на преобладающую груду фактов, я вижу настоящий спектакль множества мощных культур, с першостворюваною силой розквітаючих по лону материнского ландшафта, к которому каждая из них строго привязана всем ходом своего существования… Есть цвести и стареющие культуры, народы, языки, истины, боги, ландшафты, как есть молодые и старые дубы и пни, цветы, ветви и листья, но нет никакого стареющего человечества. Каждая культура имеет свои новые возможности отражения, которые возникают, созревают, увядают и никогда не повторяются… Эти культуры, живые существа высшего ранга. Подобные растений и животных культуры относятся к живой природе Иоганна Гете, а не к мертвой природы Исаака Ньютона».

Мир как история Освальда Шпенглера — это мир живых организмов — культур, смена которых подобна смены поколений, многогранность которых подобная многогранности человеческой. Культура — просто особая форма природы, так же как виды и формы исчерпывают себя в природе, умирают и рождаются новые культуры. Общество, как особый тип культуры Европы, попадает в Шпенглера под фаустовський начало, связанный с ним физическим (естественно научным) догматом силы, раскрывает догматический характер всего западного естествознания периода Ньютона. Фаустовська культура — это культура свободы, культура «Я» и все, что связано с его самосовершенствованием. Для Освальда Шпенглера, по сути, это судьба каждой культуры, что останавливается, подобно Фаусту, на пороге, который отделяет ее от собственной жизни. Цивилизации — завершение. Цивилизации следуют за становлением как ставшее жизнью как смерть, за развитием как окаменение за деревней и душевным детством, как умственная старость и каменный, окаменяюче мировой город. Цивилизации — конец без права обжалования, но они же в силу внутренней необходимости всегда оказываются реальностью. Греческая душа и римский интеллект — вот что это такое.

Переход от культуры к цивилизации происходит на Западе в XIX ст. Здесь, подчеркивал Освальд Шпенглер, совокупный ландшафт культуры опускается до ранга провинции, только и занятых тем, что питать мировые города остатками своей высшей человечности. Подход к природе с позиций цивилизации здесь может противопоставляться культурном подхода. И хотя общая схема мировой истории Освальда Шпенглера неоднократно подвергалась сомнениям, его понимание культуры и цивилизации, пропитаны европейским мышлением, стали достойными результатами грандиозной шпенглеровської системы. А рассмотрение культуры как аналога и органичного продолжения природы позволил вслед за Шпенглером еще раз вспомнить высказывание Гете: «Очевидно, в жизни дело идет о жизни, а не о какой-нибудь его результат».

Природа не может быть познана как результат. О гетевське отношение к природе упоминал и Людвиг Фейербах, не раз цитируя гетевські слова: «Только все люди в совокупности познают природу, только все люди в совокупности любят человеческое». Иначе, подход к природе с позиций культуры, которую Шпенглер называл еще и моделью истории, не допускает конечности природы, сведение ее до готового результата, застывшего в прошлом необходимости, в противовес свободным историческим возможностям будущего. Если продолжается история человечества и на смену одной культуре может прийти другая культура, значит бесконечная и история природы, в том числе и «природы человека». Качественная многогранность культурных форм, их «случайно-необходимый» характер, обусловленный привязанностью Освальда Шпенглера к ландшафту, оказывается воплощением бесконечных возможностей природы.

Понятие культуры позволяет сформироваться новому теоретическому взгляду на природу. Одним из свидетельств правомерности такого подхода в философии может быть названа тенденция постмодерна, что наметилась в науке, основные ориентиры которой отработаны в ходе культурологических исследований. Изменение модели научного знания, отказ от линейной необходимости и констант, абсолютов научного мышления — шаг на пути к новому пониманию природы, понимание, которое не боится случайности и многогранности, уникальности и самобытности природных форм.

Общественная природа человека — понятие, завершает научное определение природы как сферы необходимости. Осознание человеком своей общественной сущности, необходимости общества как человеческой природы, например, в форме правового сознания также оказывается ключом к свободе и опять-таки свободы от своей новой природы — общества. Расхождение в обществе идеалов и норм жизни, правовых и нравственных законов, по сути, освобождает человека как субъекта правового сознания, от моральных обязательств и возвышенных стремлений к идеалам. Нельзя переступить через свою эпоху, говорит Георг Гегель, и в этом проявляется его общественная суть. Защита от общества своего индивидуального мира в конце концов превращает и общественную природу человека на случайное определение ее бытия. Поиск случайного в своей природе так и остается тем положением человеческого сознания, что дарит ей шанс на самоценность собственной жизни. Категориальный смысл понятия природа сближает его с категориальным содержанием понятия материя, что уже у Аристотеля может толковаться как принцип новизны, будущего времени, надежды на будущее.

Предложения интернет-магазинов