Происхождение, проблематика и особенности философии как мировоззрения

Итак, возникновение философии как нового типа мировоззрения предшествовали во-первых, общество общинно-родового типа, во-вторых, миф как мировоззрение и способ мышления, присущий этому обществу. В середине i тыс. к н. е. в обществах Индии, Китая, Греции происходят кардинальные изменения, которые сопровождались изменениями мировоззрения и, в конечном итоге, привели к трансформации мифа в философию. Остановимся на этих изменениях подробнее.

Изменения, которые происходили в этих регионах на рубеже VI века. к н. е., называют переходом от варварства к цивилизации, от родовой к политической организации общества, от общинно-родового к рабовладельческой формации. Названия, как видим, разные, но сугь перехода одна. И заключается она в том, что в обществах данного периода появляются товарно-денежные отношения, которые дополняют, а позже частично вытесняют личные отношения между людьми, с сельского хозяйства выделяются ремесла, завершается развитие денег в их конечной монетарной формы, появляются торговый капитал, частная собственность на землю, купля — продажа земли, происходит распад родовой общины и родовой морали, устанавливается экономическое господство города над деревней, отменяется долговое рабство и рабский труд проникает в сферу производства, растут размеры последнего, появляется экономически прочный слой новых рабовладельцев, которые противостоят родовой аристократии, ведется жестокая политическая и военная борьба за власть, которая время от времени розгоралась из этого противостояния. Недаром VI вв. к н. е. в Индии называют «эпохой брожения умов», которая характеризуется борьбой варны кшатриев против брахманов; в Китае она известна как «эпоха царств, борющихся»; в Греции — это эпоха борьбы демоса против земельной родовой аристократии.

Философия формируется в тот период, когда смысл человеческой жизни, ее привычный строй и порядок оказываются под угрозой, когда старые мировоззренческие ориентиры и установки отказываются функционировать, когда мораль, которая выросла на основе родовых отношений, вступает в конфликт не просто с частным интересом отдельного лица. Между собой сталкиваются, с одной стороны, родовая, семейная нравственность, которая представляет собой всеобщее начало, но данное в его природной непосредственности, а с другой — новый, только что рожденный тип всеобщего, по отношению к которому отдельный род, семья выступают как нечто частичное — это полис, государство, все граждане которого составляют правовое и политическое целое.

Такое столкновение мы видим в трагедиях древнегреческого драматурга Эсхила. Микенский царь Агамемнон приносит в жертву богам свою дочь Ифигению ради успеха греческого войска в походе против Троянцев, тем самым подчиняя общим интересам жизни представителя своего собственного рода. Жена Агамемнона Клитемнестра, наоборот, защищает родовую нравственность и в мести за дочь убивает мужа, который вернулся из похода победителем. Сын Агамемнона и Клитемнестры Орест любит и уважает свою мать, которая олицетворяет неписаное родовую мораль, но согласно закону он должен защищать права отца. И Орест вынужден идти против родовой морали, отомстить за него, убив собственную мать.

Кризиса в обществе, кризиса в сфере духа, что ими характеризуется эпоха зарождения философии, ставят человека в жесткую неоднозначную ситуацию, помещают ее в поле насущных смысложизненных проблем, в отношении которых невозможно применить привычную канву мифологического миропонимания и мышления. И не только возникновение, но и расцвет философии в те или иные исторические периоды, как правило, обусловлен глубоким социальным кризисом, когда человеку становится трудно, а иногда и невозможно жить по старым образцам, когда прежние ценности теряют свое значение и остро встает вопрос: как быть дальше?

Вопрос о том, как быть далее, является заботой о собственном бытии вообще, о «быть или не быть?», о смысле бытия и о бытие мира в целом. Потому что вопросы эти так или иначе предусматривают ответы на ряд других вопросов: что является основанием бытия мира и моего собственного бытия, на что надеяться, во что верить, на что опираться ради собственного спасения, к чему стремиться? Конечно, эти вопросы, которые являются смысложизненными, получили определенные ответы и в мифологическом мировоззрении как первіснообщинній идеологии. Однако в эпоху зарождения философии, в эпоху распада общины и выделение из нее отдельных мыслящих индивидов эти вопросы приобретают качественно новый смысл. Они становятся индивидуально-личностно значимыми, требуют от индивида самостоятельного самоопределения: не через традицию или обще — общинную норму, а через собственный разум, который критически относится к традиции и определенным образом моделирует положительные ответы на них. Поэтому-то нам и известные авторы версий ответов на тот или иной философский вопрос, поскольку философствование является индивидуально-авторской деятельностью; мифы не знают имен своих создателей.

Философия возникает из критического отношения к традиции, с сомнения относительно обоснованности оснований мифологического миропонимания, из удивления перед способностью освобожденной мысли охватить бесконечный мир. В уже упоминавшейся аллегории пещеры с платоновского диалога «Государство» переход от мифа к философии изображается как процесс освобождения узников от оков несомненных родовых верований, как тяжелый и длительный выход из иллюзорного мира теней, которых они всю жизнь замечали на стенах пещеры, до настоящего мира реальных событий и вещей, осененных светом идеи блага.

В отличие от мифологического мировоззрения, стоящего на охране традиции, пассивности, неизменности устойчивого порядка вещей, философское мировоззрение основывается на активности. Философия есть деятельность, которая подвергает сомнению и критическому пересмотру все авторитеты, предрассудки, табу и верования. Продолжая платоновскую аллегорию, можно отметить, что философская активность как раз и выводит человека из темной пещеры нерефлектованих стереотипов и традиций в настоящий мир свободы от иллюзий, внушений, неосознаваемых зависимостей от разных авторитетов. Философствование, по Платону, — тяжелая и ответственная деятельность, цель которой — свобода. Сама же философия является активностью, направленной на критическое и рациональное испытания основ фундаментальных предпосылок человеческого бытия, бытия мира вообще.

Во время разложения общинно-родовой формации и порождаемого им хаоса в социально-политической сфере, по которой выживания человека в неблагоустроенном мире стало насущной проблемой, возник целый ряд вопросов о предпосылках перехода от неупорядоченности к порядку, от хаоса к космосу. В следующем разделе мы познакомимся с отдельными решениями этих вопросов, которые были найдены в социально-политической сфере (например, залогом порядка в обществе является правовое государство, или залогом порядка является соблюдение общепринятых и всеми осознаваемых моральных норм).

Однако вопрос о предпосылках порядка как основы бытия человека распространялись не только на социально-политическую сферу, но и на мир вообще, на Космос как упорядоченный универсум. Интересную версию постановки и решения философской проблемы единства и упорядоченности Космоса дает О. Ф. Лосев. Он исходит из того, что рабство принесло с собой суровую необходимость в распределении умственного и физического труда. Одни могли работать, но уже не занимались умственным творчеством, другие стали умственно творить, но не занимались физическим трудом. Такое удвоение вызвало мислену потребность в различении бездушной вещи и мыслящей людини, которая этой вещью руководит. Раб в актичності трактуется не столько как человек, сколько как вещь, действующая не по своей воле, а по воле посторонний. Рабовладелец тоже не был цельным человеком, а только той ее стороной, которая обеспечивает ему возможность быть погонщиком рабов. Поэтому принципу рабоволодіння есть жизненный синтез раба как вещи, способной выполнять целенаправленную работу, но без личного намерения и инициативы, и рабовладельца как формотворчої идеи в виде абстрактной инициативы, то есть без телесного участия в осуществлении этой инициативы. Поскольку раб и рабовладелец являются противоположностями, противостоящими друг другу, становится понятным, что порядок и целостность полиса (города — государства) могут быть обеспечены лишь гармоничным, или диалектическим, сочетанием этих противоположностей.

Структура полиса (раб — пассивная материя, а рабовладелец — активная, но не материальная идея), диалектика как принцип достижения полисной единства и гармоничности обусловливают специфически философское видение всего Космоса. Если в мифологическом мировоззрении Космос является семьей богов — гарантов его упорядоченности, то в философском мировоззрении он отображается как взаимодействие безличных, природных, абстрактных начал типа «материя» и «идея». Он единственный не потому, что кто-то следит за этим, а потому, что пронизан безликой естественной диалектической закономерностью — «логосом», «номосом», которому подчиняются все вещи, подобно тому как в полисе люди подчиняются такому самому безличному и абстрактному юридическому закону.

Известный французский исследователь происхождения философской мысли.-П. Вернан считает, что новый тип мышления, который привел в VI вв. к н. е. до возникновения зародышей древнегреческой философии и науки, основан на трех мировоззренческих принципах.

Во-первых, выделилась идея космического порядка, которая основывалась отныне не на мощи бога — верховного правителя, монарха басилевса (как в традиционных теогоніях), но на понятии космоса, подчиняющегося закону, правилу (потов). Nomos устанавливает для всех составляющих природы элементов (стихий) порядок, согласно которому ни один элемент не может осуществить свою власть над другими.

Во-вторых, новое мышление основывалось на развитии математических, прежде всего, геометрических, представлений с их идеальными объектами, умозрительностью, доказательностью, рационализмом и логичностью. Несмотря на то, о чем идет речь (о политических, онтологические или космологические вопросы), философское мышление проектирует мир в пространственные рамки, которые больше не определяются религиозными категориями высокого и низкого, небесного и подземного, но создаются симметричными, обратимыми соотношениями.

В-третьих, абстрактное философское мышление стало возможным благодаря тому, что его основой служил определенный жизненно-практический ум, инструментом которого была речь и который давал возможность влиять на людей, а не преобразовывать природу, разум политический в том смысле, в котором Аристотель определяет человека как политическое животное.

Мировоззренческие границы видения мира, которые присущи философскому мировосприятию, в основном задаются именно полісною организацией общества, о чем уже говорилось выше. Здесь же нужно отметить, что видение человеком самого себя и своих взаимоотношений с миром также обусловлено этой организацией. «Государство, — отмечает Аристотель в трактате «Политика», — относится к тому, что существует по природе, и … человек по природе своей есть существо политическое, а тот, кто в силу свосї природы, а не вследствие случайных обстоятельств живет вне полисом, или недоразвитым в нравственном смысле существо, либо сверхчеловек; его и Гомер поносит, говоря «без роду, без племени, вне законов, без семейного очага»; такой человек по своей природе только и жаждет войны».

Как существо полісна нормальный человек с точки зрения нового мировоззрения отличается и от животного, и от божества. Видение человека, которое открывается через новую философско-мировоззренческую призму еще во времена ее создания, заключается вот в чем: во-первых, человек подобен животных, но природа вселила в нее стремление к государственному общению, и поэтому она — самая совершенная из живых существ; во-вторых, как совершенное существо человек обладает способностью жить по закону и праву; в-третьих, человек есть существо, способное владеть орудиями и оружием; в-четвертых, человек наделен нравственной и умственной силой, причем первая направляет действия и оружие в правильную сторону, вторая дает общие понятия; в-пятых, самым главным понятием полисной человека является справедливость, поскольку она лежит в основе государства — полиса.

Как видим, на первое место Аристотель ставит такую сущностную способность человека, как ее тяга к полисного общения — словесного или вербального. Это обстоятельство, которая привела к зарождению философии (и не только в Древней Греции, но и в Китае, Индии, — диалогические взаимоотношения учителя и учеников в Упанишадах, вопросы — ответы во взаимоотношениях Конфуция с учениками, политические и этические диалоги софистов, Сократа и т. п), демонстрирует важную особенность периода наивного увлечения словом, словесной риторикой, полемикой, дискуссией. Это было становление мысли, общение, воспитание, самостоятельность мышления. Диалоговые формы мыслительной деятельности давали возможность охватить как утверждение о предмете диалога, так и возражения относительно него, давали основания подняться над ограниченностью обыденного сознания, стать над ее единичность и міфологічністю. Мудрость первых философов еще имела в себе мудрость житейского опыта. Однако именно здесь и завершается исторической важности переход от чувственного, образного, понятийного осмысления сущности, или начал действительного бытия. В игре слов, которую можно было бы назвать началом концептуальной деятельности, происходило формирование характерного для зарождения философии и определенного периода ее развития совершенствование рациональных форм познания. Рациональное, понятийное — в отличие от мифа с его образными представлениями — понимание мира происходит, по мнению Сократа, «от того, что люди, совещаясь в собраниях, разделяют предметы по их родам, категориями». Относя тот или иной фрагмент мира к определенной категории, упорядочивая Вселенную в своем мнении, люди упорядочивали и собственный духовный мир, приобретали философского самосознания, формировали рационально-философское мировоззрение, способность к рефлексии как одного из методов философии.

Следующая сущностная черта человека, которая освещается под углом зрения нового мировоззрения, является ее способность жить по закону и праву, то есть способность к загальнозначущої поведения, к пониманию общего, выделение последнего как особого предмета и оперирование им. Эта черта человека — философа состоит в том, что в процессе межличностной коммуникации, где строится образ «Я», образ другого (партнера по общению), образ моего «Я» в сознании другого и т. п, достигается інтерсуб’єктивність значений, которая имеет другой статус, чем модальности оценок, самооценок, мыслей, а именно статус загальнозначущості. Эта загальнозна-значимость дает возможность на последующих этапах общения «виштовхнуги» определенную совокупность идеальных объектов, которые становятся регуляторами межличностной коммуникации. При этом меняется сама структура рефлексивных процессов. Если на первых этапах каждый партнер коммуникации отражается в сознании другого, то теперь их отношение опосредованное идеальным объектом (добро, благо, закон, обязанность и т. п), оно усложнилось, поскольку каждое сознание примеряется к этим идеале,них объектов и светится в них, оценивается ими.

Философская рефлексия и сделала предметом своего анализа идеальные объекты, «вытолкнутые» из сферы непосредственной коммуникации, поместила их в другой — потусторонний трансцендентный, или метафизический, мир. Философия выявляет связи между ними, организует их в систему, обосновывает соответствии с различных концептуальных схем (например, трактует мир идеальных объектов как особый онтологический мир или видит в них априорные формы какого надособового, трансцендентального субъекта, или связывает их с формами деятельности и т. п) Введение идеальных объектов в культуру и начало рефлексии относительно них связаны с именем Платона. Дальнейшее развитие философско-гносеологической рефлексии заключается, как видим, в расширении мира идеальных объектов, в изменениях их внутренней организации.

Однако надо иметь в виду, что рефлексия не единственный способ философского мышления, порожденный указанными выше социальными обстоятельствами. Как считают исследователи в области историко-философской методологии, традиция рефлексии лежит в пределах объектного трактовка мышления как «мышления о …». Рефлексия понимается как «мышление о мышлении», как мысль, сделавшее объектом познания самого себя. Появление наряду с различными областями сущего, которые стали объектами отдельных наук, еще одной отрасли — мышление — привела к глубоким метаморфозам в философии, поскольку стали анализироваться основания и предпосылки знания, явное и неявное в работе сознания и тому подобное.

Однако рефлексия как мышление о чем-то», как мышления, в котором это «нечто» представляется обособленным, не учитывает одного важного обстоятельства. Мышление всегда включено в контекст человеческого общения, функционирует в сети социокультурных связей, в определенной исторической ситуации. Если рассмотреть его под этим углом зрения, то возникает противоположная рефлексии модель мышления, согласно которой мысль всегда есть «мышление в мире», в мире человеческой коммуникации и истории. В отличие от рефлексии эту модель называют герменевтико — экзистенциальной, или моделью понимания. Она лежит в основе герменевтичного метода, за которым сознание любого предмета и предмет сознания неотделимы друг от друга, первичной реальностью выступает не сознание, с одной стороны, и природа — с другой, а жизненный мир, который не поддается анализу и разделению. Его можно только истолковать, понять.

Рефлексивный и герменевтичний методы определенным образом связаны с епістемним и софійним типами философствования, в чем мы удостоверимся, ознакомившись с конкретными философскими учениями.

Предложения интернет-магазинов