Основные направления и задачи внешней политики России во второй четверти — середине 19 в. Восточный вопрос во внешней политике России

Во второй четверти XIX в. Россия сохраняла преемственность своего внешнеполитического курса. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что на протяжении более чем 30 лет — с 1822 по 1856 г. министром ино­странных дел России являлся Карл Васильевич Нессельроде. Ближнево­сточное и европейское направления оставались основными направлениями российской внешней политики, причем на первый план в эти годы вышел восточный вопрос. Связано это было прежде всего с необходимостью ре­шения целого ряда традиционно стоявших перед Россией задач, в число ко­торых входило: хозяйственное освоение южных районов страны; обеспече­ние безопасности южных границ Российской империи; расширение внешней торговли России через Черное море (в первую очередь — экспорт хлеба); стремление укрепить влияние России в Ближневосточном регионе, добиться максимально выгодного для России режима Черноморских про­ливов, оказать поддержку национально-освободительному движению сла­вянских народов против турецкого владычества. С другой стороны, выбор направления в данном случае был продиктован той общеполитической си­туацией, которая сложилась в XIX в. на Ближнем Востоке. Упадок Осман­ской империи повлек за собой, с одной стороны, рост национально- освободительного движения народов, подвластных Турции, а с другой — усиление экспансии европейских стран на Ближнем Востоке, ведших борь­бу за раздел мира. Безусловно, Россия, как черноморская держава, как го­сударство, имевшее с Османской империей общие границы, как оплот ми­рового православия1 и, наконец, как страна, несколько столетий боровшаяся с турецкой агрессией в Европе, являлась одной из наиболее за­интересованных сторон в восточном вопросе.

В первой половине XIX в. на Ближнем Востоке возникло три кризисных ситуации. Первая из них, в 20-х гг. XIX в., была связана с греческим нацио­нально-освободительным восстанием 1821 г.

23 марта (4 апреля) 1826 г. Россия и Англия подписали Петербургский протокол, обязавшись выступить посредниками между Турцией и гречески­ми повстанцами; от Турции потребовали предоставить Греции автономию (со своим правительством и законами).

Чуть позже между Россией, Англией и присоединившейся к ним Франци­ей было заключено соглашение о «коллективной защите» интересов Греции. От имени этих держав Турции был предъявлен ультиматум, и после ее отказа выполнить изложенные в нем требования к берегам Греции были направлены русская, английская и французская эскадры.

8 (20) октября 1827 г. в бухте Наварино союзники разломили турецко- египетский флот,

В 1828 г. началась русско-турецкая война. Поводом к ней послужила за­держка османскими властями русских торговых кораблей, захват грузов и высылка русских купцов из Турции.

14 (26) апреля 1828 г. Николай I обнародовал манифест о начале войны с Османской империей.

Позиция европейских держав в возникшем конфликте носила в целом ан­тирусский характер: Англия и Франция, официально объявив о своем ней­тралитете, тайно поддерживали султана; Австрия оказала Турции прямую помощь оружием и сконцентрировала войска па границе с Россией.

Однако чтобы реально противостоять могущественной Российской импе­рии, Турция нуждалась в более действенной поддержке. Уже в кампанию 1828 г. русские войска заняли Молдавию и Валахию, перешли Дунай и взяли крепость Варну. В следующем, 1829 г. русская армия перешла Балканы, ов­ладела крепостью Силистрией (конец июня), Шумлой, Бургасом и Созополем (июль); в Закавказье — русские войска осадили крепости Каре, Ардаган, Бая- зет и Эрзерум.

8 (20) августа 1829 г. в Адрианополе между Россией и Турцией был за­ключен мирный трактат, в соответствии с которым к России отходили устье Дуная, Черноморское побережье Кавказа от Анапы до Батума (не включая Батума); Турция выплачивала России контрибуцию в 33 млн руб.

Несмотря на то что Адрианопольский мирный трактат, безусловно, не решал восточного вопроса, значение его было огромно: с точки зрения стра­тегической он укреплял позиции России на Черном море, одновременно уп­рочивая ее влияние во всем Ближневосточном регионе; была остановлена ту­рецкая экспансия на Кавказе, предоставлена автономия (с 1830 г. — независимость) Греции, расширялась автономия Сербии, Молдавии и Вала­хии. Таким образом, Россия успешно подтвердила взятую на себя миссию покровителя народов, прежде всего православных, находишвихся под осман­ским владычеством.

Однако нерешенность восточного вопроса, дальнейшее политическое и экономическое ослабление Османской империи, обострение борьбы за раздел мира между западными державами неизбежно вели к складыванию новой кризисной ситуации на Ближнем Востоке.

В 1832 г. восстание против Турции поднял правитель Египта Мухаммед- Али1, в планы которого входило завоевание независимости и захват Сирии.

В декабре 1832 г. египетская армия разгромила турецкие войска, и султан вынужден был обратиться за помощью к европейским государствам. В отли­чие от Англии и Франции, стран, ответивших на эту просьбу отказом, Россия выразила свое согласие, и в феврале 1833 г. русская военная эскадра вошла в Босфор, а близ Константинополя был высажен 30-тысячный экспедиционный корпус под командованием А.Ф. Орлова.

Несомненное усиление позиций России в Ближневосточном регионе вы­звало беспокойство со стороны Великобритании и Франции, которые поспе­шили принять ряд контрмер с целью умалить значение русского вмешатель­ства в турецко-египетский конфликт и сохранить за собой право контролировать ситуацию в регионе: английская и французская эскадры бы­ли отправлены к Константинополю; весной 1833 г. под нажимом Англии и Франции был заключен турецко-египетский мирный договор: Мухаммед-Али получал Сирию, но признавал вассальную зависимость от Турции.

В свою очередь, 26 июня (8 июля) 1833 г. Россия и Османская империя заключили Ункяр-Искелесийский (по названию летней резиденции султана — Государева Гавань) союзный договор сроком на 8 лет. Договор подтвер­ждал условия Адрианопольского мирного трактата; обе стороны обязались оказывать друг другу военную помощь в случае нападения на одну из них третьей державы, однако секретная статья освобождала Турцию от оказания такой помощи взамен на обязательство в случае войны закрыть проливы для военных кораблей всех стран, кроме России. Этот договор был крупной по­бедой русской дипломатии, он значительно укрепил позиции России на

Ближнем Востоке, хотя, с другой стороны, и обострил отношения с европей­скими государствами (со стороны Англии, Франции и Австрии в адрес рус­ского правительства последовали ноты протеста).

Нерешенность турецко-египетского вопроса (мирный договор 1833 г., по сути, не устраивал ни одну из сторон) в 1839 г. привела к очередному конфликту, причиной которого стало отстранение султаном Мухаммеда- Али от должности правителя Египта. Турецкие войска и на этот раз были разбиты, что, как и в 1833 г., повлекло за собой обращение султана за по­мощью к европейским государствам в первую очередь, к своей союзнице — России.

3 (15) июля 1840 г. Россия, Англия, Австрия и Пруссия подписали Лон­донскую конвенцию, которая гарантировала целостность и коллективную помошь Турции и провозглашала принцип «нейтрализации» черноморских проливов (в мирное для Османской империи время в проливы не допускались военные суда других стран).

1(13) июля 1841 г. была заключена новая Лондонская конвенция (Россия, Англия, Австрия, Пруссия и Франция), поставившая черноморские проливы под общеевропейский контроль.

Таким образом, вместо двустороннего русско-турецкого союза была вве­дена коллективная опека Турции европейскими державами, лишавшая Рос­сию самостоятельности на Ближнем Востоке, а значит, были сведены на нет успехи, достигнутые русской дипломатией в 1833 г. Лондонская конвенция стала дипломатическим поражением России.

Следующая кризисная ситуация в восточном вопросе возникла в начале 1850-х гг. в связи со спором между Православной церковью, находящейся под покровительством России, и Католической церковью, которой покрови­тельствовала Франция. Предметом спора стали «палестинские святыни», на­ходившиеся на территории Османской империи1. Спор этот послужил пово­дом к Крымской войне.

Принимая решение о вступлении России в войну, Николай I рассчитывал:

  • договориться с Англией о разделе «наследства» Османской империи;
  • заручиться поддержкой Австрии (по мнению Николая I Австрия должна была поддержать Россию в благодарность за помощь при подавлении Вен­герской революции в 1849 г.). В такой ситуации Франция оказалась бы в изо­ляции и не смогла бы оказать помощь султану;
  • разгромить слабую Османскую империю, захватить черноморские проливы и расширить влияние России на Ближнем Востоке. Однако, как показал весь последующий ход событий, расчеты эти оказались абсолютно неверны. Ни одна из европейских держав не только не собиралась допус­кать усиления России в Ближневосточном регионе, но и готова была при­ложить максимум усилий для того, чтобы вытеснить ее с Черноморского побережья и с Кавказа.

В 1853 г. Англия и Франция подписали секретный договор, направленный против России.

Между тем в феврале 1853 г, в Константинополь с ультиматумом было отправлено посольство А.С. Меншикова. Правительство Николая 1 требовало от султана: восстановить права Русской православной церкви в Палестине; предоставить России право покровительства православному населению Ос­манской империи; уволить министра иностранных дел Турции Фуад-пашу, настроенного профранцузски.

Предложения интернет-магазинов